Интересные записи

Самонаблюдение

СамонаблюдениеКак Илания Коган (Kogan 2004), представившая материал собственной жизни (см. Akhtar 1999), я также приведу здесь данные из своей жизни и своего личного анализа, поскольку считаю, что это поможет нашему пониманию переплетения внешней и внутренней войн. Мой личный психоанализ проходил до того, как я стал участвовать в неофициальных дипломатических диалогах, и до того, как я посещал лагеря беженцев и другие места, в которых сложно отрицать влияние войны или военных ситуаций на внутренний мир жертв. После успешного завершения личного анализа анализант вытесняет большинство воспоминаний о нем, как обычно вытесняются события детства. Когда я говорю о своем личном анализе, нам необходимо это помнить. Тем не менее я осознаю, что на мой анализ повлияли два внешних исторических события, связанные с войной.

Первая история относится к моему детству на Кипре, острове в Средиземном море в 40 морских милях от Турции, который тогда был британской колонией. Во время Второй мировой войны германские войска оккупировали Крит (другой средиземноморский остров), принадлежавший Греции. Все ожидали, что далее немцы оккупируют Кипр. Поэтому мой отец перевез семью — мать, двух старших сестер и меня (на тот момент ребенка эдипального возраста) — из столичной Никосий, где мы жили, в деревню, расположенную в 20 милях от нее. Идея была такова, что, когда немецкие самолеты будут бомбить Никосию, мы будем в безопасности вдали от столицы. Однако сам отец, директор младшей школы, остался работать в Никосии. По выходным он садился на автобус и ехал к нам в деревню, а затем снова на неделю возвращался в Никосию.

Я помню немецкие самолеты, летевшие очень низко над деревней. Я помню даже лица пилотов, хотя, конечно, не знаю, является ли это воспоминание об их лицах реальным или фантазийным. Они действительно летели бомбить Никосию. Я вместе с другими деревенскими детьми бегал на вершину холма, откуда смотрел и слушал взрывы бомб, а затем с тревогой ждал выходных, когда мог увидеть отца. Сегодня я полагаю, что это историческое событие, бомбардировка Никосии самолетами нацистской Германии, переплелось с моими эдипальными темами. Эти бомбы могли убить моего эдипального соперника, моего отца в Никосии, в то время как сам я был в безопасности с матерью и сестрами в деревне. Я мог оставаться их маленьким «принцем» в эдипальном триумфе, но, конечно, я также ощущал и вину. Я думаю, это историческое событие сыграло свою роль в моем чувстве дискомфорта, когда в юношеские годы я находился рядом с отцом. После завершения

Похожие записи

  • 21.06.2014 Расщепленный трансфер Незадолго до того как Саул оказался на моей кушетке, он стал студентом университета. Помимо рутинных контактов, необходимых при покупке еды и других подобных действиях, он вел весьма […]
  • 05.05.2014 Паттерсон на кушетке Когда я впервые увидел Паттерсона, он показался мне очень стеснительным (Akhtar 2000). Я подумал, что он носил маску униженного, беспомощного, сердитого человека; лишь неуловимое движение […]
  • 17.04.2014 Обсессивные мысли гомосексуализме и безумии При этом все было бы не так уж плохо, если бы не еще одно происшествие: невроз Клауса кристаллизовался после того, как он с приятелями ворвался, ради шутки, в театр, и от этой неожиданной […]

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Copyright © 2014. All Rights Reserved.